Сектор фольклора народов Сибири | Институт филологии СО РАН
главная паспорт института документы конкурсная комиссия контакты
журналы научные труды конференции электронные ресурсы партнёры
Федеральное государственное бюджетное учреждение науки
Институт филологии Сибирского отделения Российской академии наук
(ИФЛ СО РАН)
ENG
 Структура института
Сектор фольклора народов Сибири
Памятники фольклора
Издания сектора
События
Экспедиции
Сотрудники
Отчеты
Партнеры
Пресса о нас
Канал на Youtube
In English
+7 (383) 330-14-52 (пн, чт)
folklor@philology.nsc.ru

СОРАН.info от 25.05.2012 (оригинал)

Два очередных тома фольклора народов Сибири: не близнецы, но братья

Фольклор — то, что мы уже почти не помним в деталях, но о чем необходимо напоминать, как о базисе, на котором зиждется здание современной культуры. Он ярок, пестр и многообразен, о нем грешно говорить скучно, ведь все это отражение обычной повседневной жизни. В основе его формирования всегда лежит острая потребность народа к творчеству, точнее, к словотворчеству. Нужно было коротать долгие зимние или еще какие вечера, качать колыбель, да и свадьбу играть веселее, когда она оформлена песнями и присказками — не в угрюмом же молчании чесать и крутить невесту, а затем провожать ее к жениху. Весь быт различных народов пропитан словом: заговорить, развлечь, отпраздновать, порадоваться и оплакать, уйти на промысел и вернуться с него, посадить, вырастить и убрать урожай.

Лучше всего, наверное, это понимают люди, которые сделали фольклор своей профессией — филологи и литературоведы. Доктор филологических наук Алексей Иванович Федоров строит цепочку исчезновений: уходит язык, который фиксирует в человеческой памяти тексты, значит, исчезает и народное творчество, а за ним — и традиционная культура. «Это огромная духовная трагедия», — подчеркивает он в своем выступлении на презентации 30-го и 31-го томов огромного академического издания, осуществляемого Институтом филологии СО РАН: «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока». Когда-нибудь книг будет шестьдесят, а сейчас, по замечанию заведующей сектором ИФЛ СО РАН доктора филологических наук Евгении Николаевны Кузьминой, ученые прошли середину пути, причем, работа «была направлена на то, чтобы тексты были научно обоснованными и стали достоверной источниковой базой, к которой могли бы обращаться различные специалисты».

— Действительно, полпути пройдено, и это чрезвычайно важно, — говорит директор ИФЛ СО РАН член-корреспондент РАН  Елена Константиновна Ромодановская, — серия уникальная, она заслуживает большого внимания, и я считаю ее одним из самых важных достижений нашего института, потому что впервые фольклор сибирских народов представлен в таком объеме и доступен не только для местных жителей, но и для широкого читателя. Причем, совершенно особенную работу проводят переводчики — ведь надо уметь воссоздать художественный текст строка в строку с оригинальным.

Беру «Несказочную прозу алтайцев». Книга в плотном футляре, украшенном орнаментом, причем, как поясняет Евгения Кузьмина, у каждого тома он свой — это зависит от искусства этноса, чьи фольклорные произведения представлены в издании. Обложка ярко-голубая, по словам ученого, цвета неба, которое священно для всех народов Сибири. Логотип на ней: два сказителя сидят у костра и рассказывают друг другу… Что? А вот откройте книгу — и узнаете.

— Самое ценное в томах, — на секунду задумывается Евгения Николаевна, — достоверные тексты разных жанров, причем, собраны самые интересные. Есть и цветные блоки с фотографиями: предметы быта, одежда, предметы материальной культуры. Разумеется, книга снабжена научным аппаратом: комментариями к русскому переводу, а также примечаниями к национальному оригиналу. То есть поясняются все темные места, которые касаются менталитета, мировоззрения или культуры этносов и встречаются в самих произведениях.

Вернемся к «Несказочной прозе алтайцев». Составитель тома — старший научный сотрудник ИФЛ СО РАН кандидат филологических наук Надежда Романовна Ойноткинова рассказывает:

— Сюда вошли лучшие образцы легенд, мифов, преданий. Это материалы, собранные с 1984 по 2009-й годы у разных ветвей народа — 146 текстов. Мы старались выделить те, которые сохраняют специфику речи, без литературного вмешательства.

Глядя на содержание, отражающее тематику произведений, очень хочется немедленно начать читать и выяснить, как же, по представлением алтайцев, были сотворены земля и человек, что ждет всех нас, когда наступит последний век, какими были (и, возможно, остаются?) духи-хозяева озер, гор, рек и прочей природы. Животные, солнце, звезды и луна, потоп, исторические события, шаманы — все это находило отражение в словесных кружевах, выплетавшихся самим народом многие десятилетия.

— Корпус произведений можно поделить на отдельные жанры: легенды, мифологические рассказы и предания, — рассказывает Надежда Ойноткинова. — К последним отнесены тексты об истории родов и племен, о шаманах, правителях или о топонимике.

Кстати, по словам ученого, на Алтае бытует много сказаний о встрече человека с разными духами — например, с живущими в горах оборотнями, у которых медные зубы и когти. Когда пытаешься погрузиться в сей фольклорный мир, почему-то кажется, что в таких происшествиях нет ничего необычного: стоит лишь вспомнить уголки алтайской природы, где людей просто обязаны окружать представители неизведанного (только лучше бы — более дружелюбные!). Наверное, в этом и есть основное волшебство такой литературы — она вбирает в себя, захватывает, и ты уже практически живешь там, пусть мысленно и ненадолго.

— Были и заимствованные сюжеты. Например, Ульгень, который вместе с Ноем строит ковчег и спасает животных, — улыбается Надежда Романовна. — К этому присоединяется и буддистская легенда о состязании божеств, которые поспорили: в чьей чашке раньше вырастет цветок, тот и будет творить и править миром. Сюда же идет и третий сюжет — о сотворении человека и собаки после потопа.

Исторические же предания для алтайцев являлись одним из средств для хранения своего прошлого, и часто рассказы о реальных личностях или войнах сочетаются с мифом и вымыслом. Что касается тематики, то это борьба алтайцев с соседями, совершавшими набеги, а также война джунгаров (ойротов) с манчжурами. Интересные факты есть и о присоединении к России.

— «Двенадцать зайсанов Алтая, к русском хану пойдя, по собственному желанию покорились, с тех пор алтайский народ стал жить мирно, оказывается», — цитирует Надежда Ойноткинова.

Меня особенно трогает это коротенькое «оказывается» в конце, и на весьма оптимистической и благожелательной нотке, которая, как крохотный крючок, цепляет читателя интересом к тридцатому тому серии, рассказ об этой книге заканчивается и начинается новый — о «Фольклоре белорусов Сибири и Дальнего Востока».

— Этот том значился в изначальном списке как один, однако, по разным причинам готовился долго, и получилось так, что за это время удалось собрать очень много материала. Так что в итоге будет две части, первую из которых мы и представляем сегодня, — говорит составитель книги кандидат искусствоведения Наталья Владимировна Леонова.

Это уникальное издание: первый в отечественной фольклористике свод белорусских свадебных и крестинных песен, а также похоронных причитаний, записанных с 1929 по 2009 годы во всех регионах Азиатской части России: от Зауралья до Дальнего Востока. Практически живой быт, оставленный нам в наследство и состоящий из 472 текстов (плюс 82 в приложении), которые были выбраны из около полутора тысяч.

— Львиную долю занимает свадебный фольклор. Это сложный раздел: выяснилось, что на территории Беларуси существует несколько крупных видов обряда, которые нашли отражение в сибирском бытовании, и очень сложно было все свести в общую схему. Однако мы справились, — с некоторой гордостью отмечает Наталья Леонова.

Полный вариант белорусской народной свадьбы представляет собой двухчастную структуру. Звучит академично, а в реальности это — приезд жениха за невестой, причем, дважды. Сначала — чтобы поехать венчаться, после чего новобрачные разъезжаются в разные стороны, и празднование начинается в домах у обоих. Затем уже муж едет за женой второй раз, и наконец-то забирает ее из-под родительского крова.

— Несмотря на то, что они уже венчанные, жениха опять не пускают в дом, его всячески испытывают, но он прорывается к невесте, — смеется Наталья Владимировна. — Мы сохранили эту двухчастную структуру, при этом отразив этапы свадебного обряда.

С крестильными и похоронными текстами в плане их организации, как признается ученый, было проще, потому что их не так много. Что касается второй из вышеназванных категорий, то их немногочисленность связана с очень сложной записываемостью причитаний. В общем, это и понятно — если песнями, сопровождающими радостные события в жизни: свадьбу и рождение ребенка, готовы делиться охотно, то оплакиванием, событием очень личным, глубоким и трагическим — нет.

— Не все исполнители будут причитать для записи, и не все собиратели решаются на это, — поясняет Наталья Леонова. — Но мы включили в том совершенно замечательный материал, посвященный именно этому аспекту и подготовленный Еленой Петровной Малаховой из Омска, которая написала его на традициях своей собственной семьи. Вообще, если подытожить, то я считаю, что мы достаточно полно представляем в своем томе семейно-обрядовую сферу, — заключает она.

Презентация, надо сказать, случилась яркая, под стать, собственно главным героям: «Несказочной прозе алтайцев» и «Фольклору белорусов Сибири и Дальнего Востока». Национальный чай жителей Алтая, драники и баурсаки, свадебные и колыбельные белорусские песни, фрагмент многодневного Медвежьего праздника хантов — слушаешь его и пытаешься осознать, как же можно было запомнить такой объем текста и мелодию. Пестрота национальных костюмов, улыбки, улыбки, улыбки: фольклористы выпускают в свет не просто две книги, а сборники, куда было вложено множество усилий множества людей. Тут и экспедиции, и расшифровка записанных выступлений представителей этносов, и работа музыковедов (ведь рядом со словами, допустим, песен даются еще и ноты!), и составление комментариев. Очень незаметная внешне работа — о ней особенно не рассказывают в процессе, но щедро делятся результатом.

Екатерина Пустолякова

ИФЛ СО РАН
630090, Новосибирск, ул. Николаева, 8
тел./факс: 8-(383)330-15-18, ifl@philology.nsc.ru
Карта сайта


Дизайн © ИФЛ СО РАН